Если ты простишь читать книгу онлайн

Автор: Анна Шнайдер

Я сидела на заднем сиденье такси и, сцепив руки на коленях перед собой, смотрела на дом, в котором прожила почти одиннадцать лет… счастливых лет. Но отчего-то воспринимала его золотой клеткой, а себя – птицей, которую поймали и посадили за решетку против воли.

Вадим… Никогда я не боялась его, несмотря на его суровый характер и разницу в возрасте. Иначе просто не вышла бы замуж. А вот теперь – боялась. Знала, что ничего не сделает: не ударит, не прогонит, не станет устраивать сцен при Аришке… И тем не менее боялась. Наверное, не его, а себя, точнее, собственного поступка. Дурацкого и необдуманного, импульсивного и горячего поступка, который две недели назад показался мне счастьем, выходом из золотой клетки, обретением мечты. Я верила, что просто должна, обязана попробовать…

Что ж, я попробовала. Я бросила мужа и дочь ради другого мужчины, ради призрака из прошлого, человека, в которого когда-то была влюблена. И мне казалось, что я до сих пор его безумно люблю… Да, мне казалось. Казалось…

А теперь я возвращалась домой словно побитая собака. Без иллюзий. Без мыслей о той любви, которая когда-то дарила мне крылья и вызывала щекочущий смех на губах. Без надежды на прощение…

Разве такое прощают?

Наверное, в подобной ситуации чаще оказываются мужчины. Это они уходят от верных жён к любовницам, а потом приползают назад, чтобы посмотреть в глаза щенячьим взглядом. Но, я думаю, мужчинам проще – они хотя бы цветы могут принести… А что могу принести я, чтобы муж меня простил?..

– Милая девушка, – вздохнул таксист неожиданно громко – я даже вздрогнула, – я бы не возражал, сидите тут сколько хотите, тем более что вы обещали оплатить. Но прошло уже два часа, и у меня смена заканчивается. Мне домой надо. Может, расплатитесь, а потом вызовете другое такси и будете сидеть уже в нём?

Раздражённый голос чужого человека подействовал на меня словно ушат ледяной воды. Два часа. Неужели я сижу здесь уже целых два часа? А будто пять минут прошло.

Таксист прав – надо заканчивать. Неважно, сколько времени я буду собираться с силами, думать, мысленно подбирать слова и нервничать. Всё равно это придётся делать… Придётся идти наверх, к ним. В Аришкиной комнате светится окно – значит, они с Вадимом сейчас там. Интересно, что делают? Читают книгу, смотрят фильм, разговаривают?..

– Да, сейчас. – Я до боли сжала кулаки. Ногти впились в кожу, наверняка оставляя царапины. – Сейчас пойду…

С губ почти сорвался отчаянный вопрос: «А вы смогли бы простить жену, если бы она вам изменила?» – но я всё-таки промолчала. Наверное, потому что отлично понимала, каким будет ответ.

Я выбралась из машины, таксист помог мне достать из багажника чемодан, а потом быстро уехал, явно торопясь поскорее попасть домой. А я осталась стоять посреди тротуара, обнимая саму себя руками за плечи и мелко дрожа от промозглого ноябрьского холода и страха.

Хотелось разрыдаться, но я выплакала все глаза ещё в поезде – теперь они были абсолютно сухими… И я смотрела этими глазами наверх, на светящееся окно Аришкиной детской, задрав голову до боли в шее, и лихорадочно шептала, то ли каясь, то ли молясь:

– Простите меня за всё… Простите… Господи! Вадим… Если ты простишь, я никогда не предам тебя больше… Я всё-всё для тебя буду делать, что скажешь… Всё, что захочешь, всё… Только прости меня…

Колотило. Сердце стучало так, что отдавалось глухой дрожью в горле и ушах, губы пересохли, прерывистое дыхание со свистом заходило в лёгкие, которые словно огнём жгло…

Мне ни разу в жизни не было так страшно. Ни разу! Страх был запредельной силы, он почти уничтожил все мысли, оставив лишь одну…

Вадим, я не знаю, что буду делать, если ты меня не простишь.

Двери лифта лязгнули и закрылись, будто ножом полоснув по моим натянутым до предела нервам.

Я не могла пошевелиться, просто стояла и смотрела на входную дверь нашей квартиры и, кажется, даже не моргала. Только дрожала рука, которой я сжимала ручку чемодана.

Я никогда не умела молиться, да и вообще не была верующей – я скорее агностик. Но сейчас мне безумно хотелось помолиться, и, если бы я знала хоть одну молитву, уже шептала бы её, надеясь, что это поможет мне хотя бы успокоиться. На большее я и не рассчитывала.

Господи, что же я наделала?..